Фронтовой чай для Марьюшки

Праздник Победы– Извините за беспокойство, вы не одолжите мне щепотку чая... – На пороге моей квартиры, опираясь на трость, стоял сосед по лестничной площадке, худощавый, седовласый мужчина.
Он и его жена – приятная полноватая старушка – переехали в наш дом всего неделю назад, поэтому мы до сих пор не были представлены друг другу.

– Знаете, никогда ничего не прошу, тем более, у незнакомых людей, не осуждайте старика. Но я без чая, как боец без курева.

– Не надо  извиняться. Очень хорошо, что зашли. Я как раз чайник поставил, составите мне компанию. Не люблю чаевничать в гордом одиночестве. Меня Влад зовут.

– Семен Иванович – церемонно представился гость, пожимая мне руку. – А супругу мою Маша зовут. Из-за нее-то мне, собственно, и пришлось «идти в люди». Она сегодня забыла чаю купить, торопилась к детям. А я – вот, сами видите, ходок никакой.

– Не вы к нам, так я бы к вам зашел, например... за солью, – отшутился я. – Познакомиться с соседями.

– Спасибо, я рад, что вы... адекватный человек. Сейчас люди в дом чужих не пускают. Боятся.

– Вы ведь воевали? – нарушил я тишину.

– Было. Мы с Марусей почти всю войну бок о бок прошагали. 9 мая и поженились. Не в ЗАГСе, конечно, какой там за линией фронта ЗАГС. В палатке праздновали, с однополчанами. Ребята нас поздравили, выпили по чарочке фронтовой. Пожелали счастья, да детишек побольше. А в ЗАГС уже гораздо позже пошли, когда в Брянск вернулись. Маруся моя из Брянска.

Я заварил чай и подвинул бокал к Семену Ивановичу.

– Спасибо, – он отхлебнул из кружки, удивленно посмотрел на меня: «Совсем такой же вкус! Удивительно...»

– Какой?

– Фронтовой. Земляника, мята...  Нас ведь фронтовой чай с ней обручил, можно сказать. Чай из букета цветов...

– Расскажите...

– Она санитарочкой у нас была. Красивая – глаз не отвести, русая коса, фигурка, как у статуэтки фарфоровой, сама огонь! В нее весь взвод был влюблен. А она ни на кого не смотрела. Куда уж мне! Ухаживать я не умел. Да и вообще глаза на нее поднять боялся. Только однажды одному наглецу врезал, когда он ей какую-то сальность ляпнул. А вот чтобы с ней самой заговорить – куда там!
Однажды я узнал, что у нее, у Машеньки моей, день рожденья на следующий день намечается. Решил я ей букет цветов подарить. Да вот незадача. На высотке, где мы закрепились, ни цветочка, место песчаное – словно табуном вытоптанное. А впереди – после первой линии окопов – луг – разнотравье сумасшедшей расцветки – колокольчики, ромашки, васильки. Но попробуй выглянуть – снайпер как бритвой срежет. А ночи были черные, густые – в шаге ничего не разглядишь. Я дождался, пока стемнеет, выбрался из окопа и пополз по этой ничейной территории. Ползу, а сам цветы пригоршнями рву и за пазуху – потом, думаю, разберу ромашки да колокольчики по ранжиру, наберусь смелости, подойду, протяну ей, скажу: «Так, мол, и так, прознал я, Марья Ивановна, что у вас намечается день рожденья, вот букетик скромненький для вас припас».
И в этот момент – внезапно стукаюсь каской о чужую каску. Я чью-то матушку помянул, а мне в ответ: «Майн готт!» Фриц, значит, мне навстречу полз. Ну, сцепились мы. Я-то покрепче оказался, его скрутил, в рот кляп и за шкварник доставил к нам. У немца  карты нашли – планы расположения орудий. Мне, конечно, досталось, взводный пригрозил, что в следующий раз меня в штрафбат за самовольство отправит, но потом за языка похвалил. 

– Ну, а букет?

– Букет я принес. Набрался смелости, подошел, подарил... Ну, а она из него потом чай приготовила.

– То есть?

– Я ведь в темноте не разбирал, что там за трава у меня в пригоршне. Надеялся, что лютики-колокольчики. А когда из-за пазухи при свете-то вынул, оказалось – все больше трава разная, только несколько цветков Иван-чая. Ну, что было – то и подарил. А она «букет» к лицу поднесла и сказала: «Какой же ты, молодец, Парамонов, что догадался нарвать мяты, душицы, да Иван-чаю, а то у нас  заварки давно нет. И листики земляничные – чудный  запах дадут». А потом пригласила почаевничать. Ну, я пришел раз, другой, а потом и сказал ей, что люблю ее больше жизни. Марьюшка, видать, оценила, что за букетом под пули полез... Так что, мы с ней вот уже больше полувека вместе чай с мятой, земляникой да душицей пьем, друг друга не обижаем. Вот только жаль, что на парад в этом году не пойдем. По телевизору смотреть будем. Ноги совсем не слушаются. Заварим чаек по-фронтовому, порадуемся, что живы-здоровы, что вместе, что дети нас не забывают... А что еще старикам надо...

– Можно я вам подарок сделаю, – волнуясь, сказал я. – От всего сердца. Это чай с ароматом земляники, который вам напомнил фронтовой. И этот  – с запахом мяты – тоже думаю, по душе придется. И вообще, заходите ко мне чаю попить. А Марию Ивановну не ругайте, я с удовольствием для вас в интернет-магазине «Лавка кофе чая» замечательный чай закажу, когда скажете. И ходить никуда не придется. Вам доставят на дом.

Мы распрощались, сосед заторопился домой, с минуту на минуту должна была вернуться его любимая Марьюшка. А я сел к компьютеру, свернул файл с начатой статьей о подготовке города к Параду Победы, и написал на чистом электронном листе «Фронтовой чай для Марьюшки».

Влад Мартовский специально для "Лавки Кофе Чая".